Ср, 30 Сен. 2020 г. 12 +   Подпишись на новости «КИ»
17 августа 2014, 14:00

Нам было не до игрушек…



2(2)К 70-летию Победы

На каком бы жизненном витке мы ни находились, всегда возвращаемся в детство. Мыслями, чувствами, ощущениями. Мой рассказ – о Валентине Ивановне Белоглазовой. Точнее – о нескольких кусочках её детства. Ярких, жгучих и очень интересных. Именно эти кусочки были когда-то заложены в добротный фундамент её дальнейшей жизни…

Корни её были крепкие, сильные: дед Афанасий – священник, батюшка в местном храме. Бабушка – матушка Степанида – женщина хозяйственная и покладистая. Пекла просвиры, готовила обеды, кормила приходских. У Афанасия и Степаниды народилось четверо детей: два сына и две дочери, одна из которых – Евдокия – и станет много позже матерью героини моего повествования.
В огромном хозяйстве – добротный дом, много скота: лошади, коровы, свиньи и разная птица. А в саду – кусты вишни, около сотни яблонь, десяток ульев. Но в 30-е годы дом забрали, скот увели, сыновья уехали на Урал, в Серов. Священник, не выдержав волнений, умер от сердечного приступа. Как-то так жизнь крутанула, что и Евдокия, мать Валентины, попала на уральскую землю. Начала работать в детской здравнице поваром. Варила и во время Великой Отечественной войны, но уже не для детей…
Валентина тогда была совсем махонькой, но многое помнит: «Я все раннее детство провела взаперти. В одно окно посмотрю – человек с автоматом, в другое – и там человек с автоматом. Это был лагерь для военнопленных, кругом – колючая проволока. Пленные заготавливали лес, потом его обрабатывали. Были такие огромные печи, в них делали обжиг, получался древесный уголь, который нужен был для изготовления противогазов и пороха».
Девочке Вале было запрещено громко разговаривать, а выходить из помещения – тем более. Дверь закрывали на крючок, который висел высоко, и она не могла дотянуться, чтобы открыть. Чтобы не огорчать маму, Валя старалась быть неприметной. «Моя задача с братом, который был меня на 9 лет старше, – заготавливать лучину. У меня руки всегда были в занозах. Ваня лучины строгал, а я раскладывала их на печи, чтобы просыхали. Помню, по вечерам я держала в руках лучину, светила брату. Дремала, руки уставали. Лучина то разгоралась, то почти угасала. А брат в это время делал петли на зайцев. Говорил: «Терпи, Валя, если не будешь светить, мы останемся голодными». Ели мы зайчатину, грибы, ягоды, кедровые орехи. Картошку, крапиву да лебеду. На печи крапивные лепёшки получались вкусными!»
– Помню, мама обменяла швейную машинку, пуховую шаль да отрез шёлка на козу. И каждое утро для меня была кружечка полезного молока. Несколько раз мне довелось быть на кухне, где готовили еду для пленных. Запомнились деревянные дощатые столы и скамейки, алюминиевая посуда, охрана с автоматами по периметру. Мама спала урывками, часа по два. В печи всегда надо было поддерживать огонь… А когда закончилась война, мне было шесть лет. Нам с братом привезли по два пряника и сказали, что это – подарок от Сталина. Я завернула их в тряпочку, положила под подушку и лизала перед сном…
Мама второй раз вышла замуж, и семья поселилась в добротном пятистенном доме с парадным крыльцом. Отчим, много мамы старше, 1896 года рождения, стал Валентине настоящим другом, а она ему – помощницей во всем. Он был лесник, и многому научил девочку.
– Я помню, как впервые пошла в школу. Несколько парт. В одном ряду сидит первый класс, в другом – второй и третий. На учительницу мы молились, она нам открыла столько нового! Писали на старых газетах, сбоку, где не было текста. Иногда выдавали листки, мы экономили страшно: с одной стороны – письмо, с другой – счёт. Позже семья переехала в Лобву, и в школу приходилось ходить за шесть километров пешком по рельсам. Ходила с холщовой сумкой через плечо и с факелом, чтобы отпугивать волков. Учиться я любила… А когда меня приняли в пионеры, мама (дочь священника, в девичестве пела в церковном хоре) заплакала: «Сними с шеи эту красную тряпку, а то кормить не буду». Я галстук прятала в жестяную баночку и носила его только в школе, а по дороге домой снимала.
После школы Валентина выучилась на ветеринара. И выбор этот сделал отчим. Как-то лошадь приболела. Она выхаживала её, жалела. Отчим и сказал: «Хорошо бы ты, Валя, ветеринаром стала». Она послушалась. В Омском ветеринарном институте училась. И ни разу не пожалела о том, что избрала эту профессию.
Всю жизнь Валентина работала с рвением, на совесть. Жила в Омской области, в Казахстане, а в 1979 году судьба привела её в Камышловский район, в Баранникову, где В.И. Белоглазова работала старшим ветеринарным врачом по птицеводству в совхозе «Камышловский». Сейчас она находится на заслуженном отдыхе, но скучать времени совершенно нет. Занимается в спортзале, в различных кружках при ДК, а в последнее время хобби появилось – изготавливает куклы. «Видимо, в детстве не наигралась, – улыбаясь, говорит Валентина Ивановна. – К сожалению, раньше не до игрушек было…»

Читайте также:  Отцов отняла война

Тамара МАКАРЕНКО

Вы нашли в тексте ошибку? Пожалуйста, выделите этот фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


© Редакция газеты «Камышловские известия»

© 2008-2020 Редакция газеты «Камышловские ИЗВЕСТИЯ»
При копировании с kam-news.ru активная ссылка обязательна.
Техническая поддержка RUSev

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: