Чт, 17 Июн. 2021 г 12 +   Подпишись на новости «КИ»
06 марта 2010, 16:00

Простая и сердечная



Давно хотела написать о любимой учительнице, но отвлекали другие дела, проблемы, да и повода особого не было. Хотя почему не было? Отмечали же 100-летие нашей школы, 125-летие и т. д. А недавно смотрю: в газете приглашение рассказать об учителе. Ну, думаю, сейчас-то не упущу момент. А начну несколько издалека.

Шел 1945 год. В воздухе, в самой жизни пахло Победой, ожиданием радости, хотя многие из нас, 12-летних, знали, что отцы уже не вернутся с фронта. А радость все равно была: наконец-то нас из 60-й школы, где мы три с половиной года занимались только во вторую смену, перевели в 3-ю, в которой прежде располагался госпиталь (теперь здесь музей). Четвертый класс мы заканчивали в новых стенах. На выпускном утреннике заведующая Анастасия Степановна Тарабаева вручила нам свидетельства, а нашей отличнице Нине Порсиной еще и похвальную грамоту. Затем был праздничный обед: каждому налили по тарелке вкусного, душистого овощного супа и дали по кусочку хлеба. Мне это угощение запомнилось на всю жизнь.
Мы попрощались с Анной Михайловной Кирилловой — строгой, даже немного суровой нашей учительницей и вышли из школы. Впереди ждала новая жизнь. Кто-то из ребят поступил в пятый класс школы № 2, а большинство отнесли документы в первую.
И вот 1 сентября 1945 года — первый урок в средней школе № 1 им. В.И. Ленина. В класс вошла невысокого роста учительница. Круглое миловидное лицо. Голубые глаза. Две рыжеватого цвета косы скреплены на затылке.
— Меня зовут Августа Пименовна. Я учитель математики и ваш классный руководитель, — сообщила она и без предисловий начала урок.
Говорила ровно, спокойно. Помню, что слушала ее, не отвлекаясь. А еще помню, что полюбила эти уроки, этот предмет, с интересом решала сначала арифметические задачи, а после и по алгебре. А ведь склад ума, как говорили педагоги в старших классах, у меня гуманитарный. Может быть, оно и так, но, думаю, все дело в учителе, в его умении заинтересовать своим предметом учеников. На уроках Августы Пименовны всегда стояла тишина и была деловая обстановка.
Не хвастаясь, скажу, что спустя многие годы я помогала решать задачи сначала брату, когда он учился в техникуме, затем племяннику-школьнику и, наконец, внуку Диме, которому никак не давались уравнения. Такой прочный фундамент был заложен именно Августой Пименовной.
Много событий произошло за годы учебы в 5-7-х классах, большинство уже забылось, все-таки минуло больше 60 лет, но некоторые так и стоят перед глазами.
Зимний день. Заканчивается третий урок, впереди большая перемена. Все ждут ее с нетерпением. И вот открывается дверь класса, входит наша «классная мама» с подносом в руках, а на нем кусочки хлеба. Момент — и поднос уже пустой, а ребята дожевывают последние крошки с ладоней. Ах, каким вкусным казался этот черный на вид хлеб! Тогда кстати, другого и не было. Белого не пекли, а булки были — не сравнишь с нынешними. Каждая весила больше двух килограммов. В магазине хлеб продавали по карточкам. Целая буханка мало кому доставалась, только разве на большую семью, ведь полагалось 500 граммов на работающего и по 300 — на иждивенца. А нам, подрастающим иждивенцам, так не хватало этих граммов и так хотелось есть! Хорошо, школа чуть-чуть подкармливала.
Запомнился не совсем удачный музыкальный момент. Однажды Августа Пименовна попросила нескольких девочек остаться после уроков. «Порепетируем», — сказала она. Все оживились: в начальной школе мы постоянно устраивали какие-то игры, хороводы с песнями. Неужели и здесь будет так же весело?
Учительница предложила нам разучить песню. И начала своим нежным, высоким голоском:
Не шуми ты, рожь, спелым колосом,
Ты не пой, косарь, про широку степь.
Мелодия простая, знакомая. Мы справились с задачей. Потом Августа Пименовна поискала на учительском столе какую-то бумажку, взяла ее в руки.
— Я очень люблю эту песню, только петь ее надо на два голоса, тогда красиво будет звучать. Попробуем? — предложила она.
И напела основную мелодию:
Горные вершины спят во тьме ночной,
Тихие долины полны свежей мглой.
Не пылит дорога, не дрожат листы.
Подожди немного, отдохнешь и ты.
У нас не получилось со вторыми голосами. И вообще, как я потом, спустя время, поняла, это довольно сложное произведение даже для подготовленных исполнителей, а что могли девчонки без аккомпанемента подбирать на слух? Этого не учла Августа Пименовна, но желание у нее было благородное — приобщить нас к высокому искусству. И я рада, что познакомилась тогда с прекрасным произведением
М.Ю. Лермонтова — его переводом из Гете.
И еще один эпизод. Было это, наверное, в 6-м классе. С нами учился Вова Пахолков — двоюродный брат моей подружки Маи Лугвиной, крепкий щекастый паренек. Как все мальчишки, бывало, опаздывал на занятия, приходил с невыученными уроками.
Августа Пименовна поручила мне сходить к Вовиной маме и попросить, чтобы она контролировала учебу сына. Поручение мне не понравилось. Почему я, почему не Мая? Они с Вовкой живут в одном доме, их матери — родные сестры. А вдруг Пахолков рассердится? Он ведь не был тихоней, к тому же высокий, сильный. Но и не выполнить просьбу я не могла.
И вот иду по Ленинградской улице к реке Пышме, к дому, где живут Пахолковы. Иду вся такая исполнительная и обязательная, а на душе кошки скребут. На стук в дверь вышла Вовина мать. Я произнесла заготовленную по дороге фразу.
— Вот поросенок, опять от рук отбился! — хмуро сказал она и пообещала: — Я ему покажу!
Не знаю, что она показала сыну, а он мне показал кулак. Правда, на худшее не решился. Зато стал у нас с Маей узнавать, что задано по тому или иному предмету. Выходит, брался за ум. А это и было целью Августы Пименовны. Надо же было хоть как-то воздействовать на нерадивого парня.
А в общем-то из него получился неплохой специалист своего дела. Владимир Пахолков выучился на машиниста паровоза, освоил тепловоз, завел семью — все как надо. И другие наши одноклассники нашли достойное место в жизни. Евгений Поляков всю сознательную жизнь проработал на механическом заводе («Лесхозмаше»), заочно окончил институт, но не изменил рабочей профессии, в которой достиг определенных высот. Валентина Смакотина, удивлявшая всех своими математическими способностями, стала педагогом. Преподавала сначала в своей школе № 1, затем возглавляла Никольскую среднюю школу. Выбрали себе дело по душе Галя Козлова, Мая Лугвина, Римма Устьянцева и другие одноклассники, в чьей судьбе, надеюсь, немаловажную роль сыграли уроки Августы Пименовны Коноплиной.
Давно окончена школа, Августа Пименовна была уже пенсионером, но, встречаясь, мы с удовольствием вспоминали прошлое, и меня всегда удивляло, какая у нее хорошая память. Учительница помнила нас по именам, знала, чем мы занимаемся, радовалась за нас.
Августы Пименовны не стало 10 января 1991 года. Такова жизнь — одни рождаются, другие уходят. Из тех учителей, которые вели уроки в нашем классе в 1945-48 годах, вряд ли кто жив. Знаю, умерла замечательный преподаватель истории Зоя Иосифовна Орлова, учитель русского языка и литературы Анна Семеновна Боровских, «немка» Маргарита Генриховна Выборова. Среди них Августа Пименовна Коноплина — яркий, немеркнущий огонек доброты, простоты и сердечности.

Читайте также:  Живая память

Зинаида СЫСЮК.

Вы нашли в тексте ошибку? Пожалуйста, выделите этот фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


© Редакция газеты «Камышловские известия»

© 2008-2021 Редакция газеты «Камышловские ИЗВЕСТИЯ»
При копировании материалов с сайта kam-news.ru
активная обратная ссылка на источник обязательна.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: