Вс, 29 Мар. 2020 г. 12 +   Подпишись на новости «КИ»
26 апреля 2010, 12:00

Мой друг Сашка Морозов



Расскажу о простом человеке, выпускнике школы № 1, моём друге Александре Морозове. Он всегда был обаятельным, приветливым, улыбчивым и рассудительным парнем. Его родители развелись, и Саша остался в Камышлове с отцом, а мать уехала в Ангарск Иркутской области.

Зато у него появилась замечательная (даже не поворачивается язык назвать её так) мачеха – тётя Наташа. Она работала в вагонном депо, а отец, дядя Ваня, служил старшиной в нашем военном городке. И жили они в том же районе. Мы пацанами часто бегали в городок в кино, играли на спортивных площадках. Правда, здание штаба, где был клуб, выглядит сейчас графскими развалинами, так как сгорел в прежние годы.

Учился Саша в одном классе с Александром Кузнецовым (его и его сыновей многие знают в спортивных кругах). И вот двух друзей, двух Александров в 1969 году призвали в армию и привезли на сборный пункт в Егоршино. Морозов предложил не выходить из строя, когда по списку будут называть фамилии, мол, отправят в дальние края. Они не вышли. И их с «остатками» призывников направили служить в «доблестный стройбат». В Дубне окончили учебный центр, потом сержантами служили в «закрытой зоне» под Челябинском-70.

После службы, схоронив отца, Александр Морозов с друзьями Виктором Ожигановым и Валерием Мещаниновым уехал в Ангарск. К сожалению, эти друзья после трагически погибли в геологических разведках. А Морозов работал монтажником на стройках. Встретил свою судьбу Тамару, поженились, воспитали двух дочерей и сына.

В 70-е годы я бывал у них в гостях в Ангарске, а в 1991 году Александр с сыном гостил в Камышлове у тёти Наташи. Она всегда его очень ждала и была рада. И тогда он мне рассказал о своей жизни и о том, что добровольно участвовал в ликвидации последствий взрыва на Чернобыльской атомной станции. Я спросил его: «Сашка, из каких соображений ты три раза ездил туда добровольцем?» А он, смеясь, ответил, что был на монтаже этой станции при пуске, и, как специалист, посчитал, что должен быть и при восстановлении. Рассказывал, что, конечно, были жуткие моменты. Вокруг станции — жёлто-мёртвая природа. А как-то на закате в мёртвой тишине со стороны станции стал раздаваться звук, похожий на неземной колокольный звон.

Читайте также:  Все разные, мы – уникальные!

Позднее я узнал, что у него есть награды, но он о них тогда скромно умолчал. Потом довелось ему работать даже в Монголии. И это было после того, как, упав с большой высоты при монтажных работах, его стали выводить на группу инвалидности. Но он отказался, сказав: «Как я буду жить без своей бригады?» И продолжал работать. Вроде, обычный парень, и не сказать про Сашу, что он какой-то фанат, оторванный от жизни. Но он — настоящий человек, который трудности преодолевает с улыбкой.

Всё меньше остаётся в живых «ликвидаторов», как он. Тех, которые собой и своим здоровьем закрыли ту невидимую атомную смерть. А это — гражданский подвиг!

Может, сейчас многими уже не воспринимается так серьёзно чернобыльская трагедия, ведь это было в прошлом веке и в другом государстве. А я испытываю внутреннюю гордость от того, что имею такого друга, Человека с большой буквы, который тоже вышел из школы № 1, — Александра Ивановича Морозова.

Анатолий ДРОНОВ.

Вы нашли в тексте ошибку? Пожалуйста, выделите этот фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


© Редакция газеты «Камышловские известия»

© 2008-2020 Редакция газеты «Камышловские ИЗВЕСТИЯ»
При копировании с kam-news.ru активная ссылка обязательна.
Техническая поддержка RUSev

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: